Home ] Up ]

С другого берега - размышления у непарадного подъезда

Я стоял на смотровой площадке - каменный лев в центре ее на постаменте опирается лапой на каменный шар - и, отложив в сторону подзорную трубу с 60-кратным увеличением - без штатива неудобно было держать в руках -  рассматривал российскую сторону в бинокль, хотя это было и не обязательно, хорошо было видно и так. Передо мной открывался впечатляющий вид на крепости Нарвы и Ивангорода. Российский берег, в отличие от эстонского, наполненного отдыхающей публикой, детьми и собаками, был пустынным и безжизненным. Три одиноких рыбака с удочками, или, может быть, пограничника по совместительству на той стороне казались неподвижным продолжением пейзажа, древних крепостных сооружений, сотни лет простоявших на этом месте. Защитный вал Ивангородской крепости ближе к мосту, соединяющему Россию и Эстонию, вроде бы, сохранился или содержался, по тому, как это было видно отсюда, в более менее приличном состоянии, но откровенно разрушался с противоположной стороны. Перед поездкой я посмотрел видеосюжеты на сайтах narva.ee и ivangorod.ru, и невозможно было (ну просто кричащие контрасты по сравнению с эстонским видеорядом!) не заметить и не запомнить заброшенные, заросшие сорняками и кустарником внутренние дворы и проходы Ивангородской крепости. Похоже было на то, что древние строения, видевшие и пережившие немало войн и глобальных столкновений цивилизаций, оказались никому в России не нужными сегодня. Очень даже символично, надо сказать, все это - Россия отказалась от противостояния и конкуренции с Западом, распахнув все двери и ширмы, сломав все, какие смогла, стены, так увлеклась своей работой, что не заметила, как отказалась в том числе и от своей истории, позволив ей зарасти травой и беспамятством. Противостояние Запада и Востока окончено, это хорошо видно не только в Берлине, но и в Нарве. Подтверждением этому является и понемногу зарастающая травой и разваливающаяся Ивангородская крепость, и агонизирующая экономическая реальность Ивангорода, оторванного от Нарвы абсурдной границей, по обе стороны которой продолжают жить русские люди (эстонскую речь я не услышал на улицах ни разу за все время пребывания в Нарве, только по радио и ТВ), и передачи радиостанции Радио Студио, доносящие с другого берега звуки тошнотворного, оккупационного формата. Увы, это - реальность нашего времени, которую, хотим мы этого, или нет, надо воспринимать адекватно, критически, без иллюзий и эмоций.

Интересно, как власти Европейского Союза собираются решать проблему защиты своей восточной границы - никаких видимых глазу пограничных сооружений в черте города нет, река, особенно в районе ГЭС, так вообще символическая, в летнее, засушливое время, наверняка, не такая полноводная, кое-где можно и вброд перейти. Тем же беженцам и экономическим мигрантам достаточно дождаться темноты, перейти никем с эстонской стороны не охраняемую границу и сесть в автобус Таллин - Париж, чтобы оказаться в центре Европы. Не придется ли теперь уже Западу, в свою очередь, строить защитные сооружения и стены на еще пока сравнительно открытой границе? Сейчас же, огороженный решетками проход к мосту в центре города ну очень напоминает эпизод из, если не ошибаюсь, сказки про волшебника Изумрудного города.

Хорошо заметна самодостаточность, отгороженность от России эстонской стороны - на сайте Нарвы Ивангород в упор не виден и не слышен, даже на карте города. Новости экономической и культурной жизни Нарвы Эстонией и ограничиваются, зато на сайте Ивангорода, судя по всему, кинутого своими, и, скорее всего, не от хорошей жизни, видно, не без характерной многим российским русским наивной зависти к  "благополучному Западу, у которого все получается как надо", что он вынужден ориентироваться на ресурсы Нарвы, в том числе и в сфере средств массовой информации. Очень характерны, надо сказать, признания авторов раздела "Радиоэфир российско-эстонской границы", констатирующие, по-моему, совершенно позорные и безответственные для российских властей неспособность и нежелание обеспечить жителей Ивангорода, а также, что принципиально важно и давно пора было за 10 лет осуществить -  и всего русского северо-востока Эстонии уверенным приемом российских радио и телепрограмм. "Кингисепп - сигнал слабый" - вот и все, что можно сказать о "государственном мышлении" и "патриотизме" российских властей в данном, конкретном случае. А господину Коломейцеву не остается ничего другого, как мечтать о построении аквапарка и возрождении Российской империи. Да, пожалуй, империя своих бы не бросила! И совершенно в этих условиях неуместно даже спрашивать, почему Россия не сделала тоже самое со всем северо-востоком Эстонии, что сделала, к примеру, Турция на Кипре в свое время.

Наблюдая со смотровой площадки за российской крепостью, я вначале не мог понять, что она мне напоминает, но потом, все же, понял - раненого зверя она напоминает, зверя, который настолько обессилел, что распластался на берегу и даже не в состоянии отползти подальше в лес, чтобы зализать раны. Надо сказать, что это впечатление от созерцания крепости и российского берега усиливается и многое косвенно говорит о этапе болезни, температуре российского общества при одновременном прослушивании Радио России, что мне пришлось делать на этом месте. Слушая, как РР, порцию за порцией, вываливает на беззащитные уши слушателей бесконечные потоки объявлений и рекламы псевдомедицинского содержания, пропагандирующих по сути плацебо как панацею от всех болезней и самолечение, и это в 21 веке, ("...мы люди бедные, денег у нас на семейных врачей нет, а ноги болят", "...прямая линия - Опухшие ноги - к вашим услугам", "...недержание" - далее диктор, читающий этот бред с интонациями программы "Время" советского периода, выдерживает классическую паузу - "серьезная проблема") и т.д.и т.п. - а я как раз чай собирался пить... - уже и не хотелось смеяться над идиотизмом команды "журналистов" и их менеджеров, ответственных за формирование вроде как первого национального канала страны, за последние три-четыре года за сомнительные деньги спонсоров (у государства на развитие национального радиовещания средств, разумеется, нет) порядочно опустивших его на убогий, низкопробный, базарный, прозападный, тинейджерский уровень, на уровень, в котором основными духовными ценностями скоро станут западная массовая псевдокультурная среда, бокал пива и стилизованная под однодолларовую банкноту православная икона. Не смешно все это. Натравить на них Михаила Задорнова, что-ли. Вдруг поможет?

Отдельных слов заслуживает бывшая жемчужина Финского залива - курортный городок Нарва-Йыэсуу, где я остановился в гостинице. Такого повсеместного развала и деградации я еще в Прибалтике не видел! Юрмала тоже переживает не лучшие времена из-за провинциальной упертости и патологической русофобии центральных властей, но, к счастью, в последнее время экономическая реальность заставляет чиновников Латвии вернуться к здравому смыслу и брать даже российские деньги... но когда, проезжая по центральной улице, видишь заброшенные, разграбленные, разбитые, разрушенные корпуса бывших домов отдыха, гостиниц, частных домов, которые были доведены до состояния такого убийственной политикой раздела единой страны, и все, потому что жителям Петербурга и области стало дорого и невыгодно посещать Эстонию и содержать в надлежащем порядке свою недвижимую собственность, когда видишь в ресторане уже по всем признакам загибающейся, но еще держащейся на плаву, гостиницы, орущих во все горло пьяный бред, утопающих в сигаретном дыму, финских рабочих и с плохо скрытой маской брезгливости, ненависти и безысходности прислуживающих им русских женщин, начинаешь лучше понимать суть "реформ", навязанных из-за океана. И возникает нестерпимое желание сесть поскорее в машину, вдавить в пол педаль газа и умчаться поскорее и подальше по хорошим эстонским дорогам.

Дорога от Нарвы до Тарту какое-то время идет вдоль Чудского озера. По карте - красиво выглядит. Но когда я остановил машину на специально оборудованной стоянке, польстившись на скамейки и качели для отдыхающих, создававшие уют обжитого места и цивилизацию, и открыл дверцу машины, сразу же почувствовал неприятный запах... канализация, химические отходы - на это похоже было. Не понимая в чем дело, да и все-таки на озеро хотелось посмотреть, пошел быстрым шагом через прибрежный редкий лес, у самого берега был вынужден остановиться и повернуть обратно - весь берег, сразу бросилось в глаза, был покрыт мертвой, застывшей жидкостью ярко-красного цвета, уже частично впитавшейся в землю. Похоже на то, что в бедное озеро, экономя на утилизации, все, кому не лень, пользуясь его географическим положением, и, как следствие, бесконтрольностью и безнаказанностью, сливают вредные химические вещества и канализационные отходы.

А вообще, природа на берегу Финского залива какая-то больная, вид у деревьев нездоровый, ветки покрыты желтым налетом, не знаю, как точно это называется. Да разве же это можно сравнить с Палангой или Юркалне.

Не хотелось бы заканчивать негативом. Скажу и о том, что не может не обнадеживать. Из развалин и хаоса отжившей свое системы вновь, благодаря теперь уже не директивам построения коммунизма, а реалиям рыночной экономики и развитию средств телекоммуникаций, начинают прорастать и укрепляться новые тенденции, делающие жизнь людей проще и эффективнее. Три из них я хотел бы отметить. Первое - это, несомненно, предстоящее вступление балтийских стран через год в Европейский Союз, благодаря которому, наконец-то, вновь исчезнут внутренние, доставшие уже всех, границы. А для того, чтобы съездить из Латвии в Венгрию не надо будет в общей сложности тратить по десять часов, простаивая в местах проверки документов и грузов. Второе - деньги. Скоро они с введением евро вновь станут едиными, ну а пока что очень облегчает жизнь возможность, которую предоставляют банковские кредитные карточки, по которым можно снимать со счета деньги в местной валюте. Третье - связь. Операторы мобильной телефонной связи уже продают в этом году недорогие международные SIM-карты для балтийских стран, одной из которых я воспользовался при поездке в Эстонию. Это - тоже реальность, которую, может быть, и не все еще осознали. Плюс ко всему - русский язык был и остается основным средством межнационального общения в балтийских странах и в славянской Европе. И это - тоже реальность, которую, возможно кое-кто не хочет признавать. Но это, точно вам скажу, не наша проблема.